Салават
Герман Воронов Возрастные ограничения 0+
В лесах зелёных и горах,
Башкир благословением,
Родился мальчик Салават,
В селении Текеево.
Их род Шайтан-Кудей гремел
Тарханами, муллами,
А мальчик рос умён и смел.
Отца все уважали.
С ножом с четырнадцати лет
Ходил он на медведя
И исполнял отцов завет
Служить народу в деле.
Писал, читал и русский знал,
Народный наш герой.
С любовью песни сочинял,
Пел, как соловей лихой.
«Пусть льётся песня удалая,
Её народу я пою,
То песня сына от Юлая.
Про волю. Родину свою!»
Отец, отмеченный в походах,
В боях со шляхтой и других,
Был жалован землёй и юртой,
Да малым знаменем за них.
Юлай, с отцовскою заботой,
Свободу в сыне воспитал.
Привил любовь свою к народу.
Так сын отца батыром стал.
Скитался Салават два года
И Пугачёва повстречал.
Поверил он, что царь народа
Из мёртвых перед ним восстал.
Кинзя Арсланов от старшин
Возглавил тысячи башкир.
Объединились казаки
И горной вольницы сыны.
Собрав батыров 1200,
Привёл их в ставку Салават,
И с Пугачёвым дерзким вместе,
Сражался храбро, как солдат.
Сдавались крепости, заводы,
Сражений двадцать уж прошло.
Победы были и невзгоды.
Росло крестьянских войск число.
Был дважды ранен Салават,
Но вновь садился он в седло,
И бригадиром собирал
Башкир великое число.
Когда полковник Михельсон
Возглавил царские войска,
То скоро, будто страшный сон,
Строй виселиц взяла река.
В цепях и в клетке по России
Суворов лжецаря везёт,
А в Каратау спешат башкиры,
Последний бой там скоро ждёт.
Приходит полк солдат Уфимских.
Иван Рылеев — командир.
И снова бой в горах башкирских,
Пленён и связан наш батыр.
Судили 340 дней,
С дознанием пытали.
Три буквы выжгли «З», «Б», «И»
И ноздри вырывали.
Пороть кнутом их повезли
По городам, заводам,
В которых конница башкир
Сражалась за свободу.
Палач Мартын жалел башкир,
Но был наказан строго,
А экзекуцию для них
Назначили повторно.
Юлая с сыном привезли
На каторгу в Эстонию
И заковали в кандалы,
Прервав семьи историю.
Горы и степи в Башкирии есть.
Славится край своей дивной природой.
Всё же заставили власти учесть
И сократить строить верфи, заводы.
В оковах царского режима
Башкир и русский, словно брат,
Шли вместе в бой, единой силой.
Тебя мы помним, Салават!
Башкир благословением,
Родился мальчик Салават,
В селении Текеево.
Их род Шайтан-Кудей гремел
Тарханами, муллами,
А мальчик рос умён и смел.
Отца все уважали.
С ножом с четырнадцати лет
Ходил он на медведя
И исполнял отцов завет
Служить народу в деле.
Писал, читал и русский знал,
Народный наш герой.
С любовью песни сочинял,
Пел, как соловей лихой.
«Пусть льётся песня удалая,
Её народу я пою,
То песня сына от Юлая.
Про волю. Родину свою!»
Отец, отмеченный в походах,
В боях со шляхтой и других,
Был жалован землёй и юртой,
Да малым знаменем за них.
Юлай, с отцовскою заботой,
Свободу в сыне воспитал.
Привил любовь свою к народу.
Так сын отца батыром стал.
Скитался Салават два года
И Пугачёва повстречал.
Поверил он, что царь народа
Из мёртвых перед ним восстал.
Кинзя Арсланов от старшин
Возглавил тысячи башкир.
Объединились казаки
И горной вольницы сыны.
Собрав батыров 1200,
Привёл их в ставку Салават,
И с Пугачёвым дерзким вместе,
Сражался храбро, как солдат.
Сдавались крепости, заводы,
Сражений двадцать уж прошло.
Победы были и невзгоды.
Росло крестьянских войск число.
Был дважды ранен Салават,
Но вновь садился он в седло,
И бригадиром собирал
Башкир великое число.
Когда полковник Михельсон
Возглавил царские войска,
То скоро, будто страшный сон,
Строй виселиц взяла река.
В цепях и в клетке по России
Суворов лжецаря везёт,
А в Каратау спешат башкиры,
Последний бой там скоро ждёт.
Приходит полк солдат Уфимских.
Иван Рылеев — командир.
И снова бой в горах башкирских,
Пленён и связан наш батыр.
Судили 340 дней,
С дознанием пытали.
Три буквы выжгли «З», «Б», «И»
И ноздри вырывали.
Пороть кнутом их повезли
По городам, заводам,
В которых конница башкир
Сражалась за свободу.
Палач Мартын жалел башкир,
Но был наказан строго,
А экзекуцию для них
Назначили повторно.
Юлая с сыном привезли
На каторгу в Эстонию
И заковали в кандалы,
Прервав семьи историю.
Горы и степи в Башкирии есть.
Славится край своей дивной природой.
Всё же заставили власти учесть
И сократить строить верфи, заводы.
В оковах царского режима
Башкир и русский, словно брат,
Шли вместе в бой, единой силой.
Тебя мы помним, Салават!
Рецензии и комментарии