Горящий самокат

Я не знаю, как к себе отношусь,
Но знаю — он не заслуживает жить.
Мы стоим на разных сторонах:
Я протестую, а он теперь воюет.
Ты пыталась поговорить.
Мы сидели — и сзади загорелся…

Годы ушли, проехали на самокате.
Вот уже и не связаны мы.
Самокат горит. (И мир.)

Подписал он контракт — Всем известный греховный контракт.
Ты говоришь мне его не демонизировать.

Я протестую, а он теперь воюет.
Я не знаю, как к себе отношусь,
Но знаю — он не заслуживает жить.
Мы стоим на разных сторонах.
Я протестую, а кто он теперь? (для меня)
Вы ведь помните тот час? (а для тебя?)
Когда по нам не стреляли,
Когда начался этот кошмар.

И с тех пор идёт нескончаемый февраль.
Ты говоришь, что нам тебя не понять.
Но ведь и ты не понимаешь нас.
Ты говоришь, чтоб мы говорили: «Всё».
Но ты не говорила до этого: «Всё».
Ты знаешь, что мы постоим за своих.
И это не лозунг войны — Мы постоим за своих.

Мы победим.
Мы страну пересоздадим.
И таких, как вы, — не простим.

Не прощу.
Не прощу.
Не прощу.
Не прощу.
Не прощу.
Не прощу.

Я (тебе?), а он (мне?)
Я не знаю, как к себе отношусь,
Но знаю, что нужен той, кого не знаешь ты.
Мы стоим на разных сторонах.
Я протестую, а он теперь воюет.
Мы постоим за своих.
Мы победим.
И таких, как вы, — я не прощу.
(Кровь не смыть.)