Тайна цветущего сада.

Мой сад расцветает над склепом,
Где краски померкли и смыты дождём.
Я кормил его мясом поверженных,
Суглинки насытив гниющим врагом.
Небо синее выцвело цинично,
Солнце зашло, оставляя лишь прах.
И луна, как могильный светильник,
Качает секреты впотьмах.

И в какой же момент белоснежность пионов
Стала противна до рвоты?
Их бутоны сосут эту смерть из низов,
Превращая скелеты в банкноты.
Цвет меняется плавно на тёмно-сапфировый,
Транслируя миру вовне:
Всё нутро моё — чёрная яма гнилая,
Что тихо ветшает на дне.

Мой сад расцветает на костях и крови,
Тут белые пионы красят стебли в сапфир.
И сколько бы живые за собой ни вели,
Я вырву их сердца, чтоб удобрить этот мир.
Мой сад расцветает, укрываясь впотьмах,
Я хороню в суглинках свой потерянный страх.

В этом зеркале озера — стылый оскал,
Наслоение тысячи масок.
Мой стеклянный и призрачный взгляд —
Отражение мыслей без красок.
Этот холод под кожей осязаем,
Он до судорог режет внутри,
Выжигая остатки людского тепла
В этой выбитой, пустой груди.

Он когда-то был счастлив, наивный дурак,
Верил в чистый и правильный мир.
Верил людям, как дети, но стал моим триггером — И я его вскрыл.
Помню хруст под руками, фонтаны багрянца,
Зажатую намертво шею.
Как наружу тащил его жалкую душу,
Сквозь пальцы бледнея.
На кристальном, безжизненном дне
Его кости теперь разлагаются в иле.
Он — изысканный корм, мой подарок
Для фауны в этой могиле…

Мой сад расцветает на костях и крови,
Тут белые пионы красят стебли в сапфир.
И сколько бы живые за собой ни вели,
Я вырву их сердца, чтоб удобрить этот мир.
Мой сад расцветает, укрываясь впотьмах,
Я хороню в суглинках свой потерянный страх.

Время мчит, как безумная лошадь,
Стирая года вхолостую.
Тёмный мир обесточен, ушёл в эконом-режим,
Жизнь комкая пустую.
Мне не нужен закон или повод, чтоб резать,
Я дьявол — внедряюсь без спроса,
Очищая планету от гнили добра
И бессмысленного самодопроса.

Мой сад расцветает, он ярче созвездий,
Затмил и луну, и рассветы.
Помогая припрятать бесчеловечность души —
Вот его секреты.
Только псы за забором безудержно лают,
Почуяв тяжёлые грехи.
Значит, завтра они станут новым белком,
Чтобы алели мои сады.
Чтобы алели мои сады…