я любил немногих
Возрастные ограничения 18+
Я считал всегда, что Земля — долги.
Что у сердца нет ни одной ноги,
что любая стена — это просто повод,
чтобы чувствовать кожей колючий провод.
Я смотрю в окно. Там пустая площадь.
Человеку выжить гораздо проще.
Так за что же мне здесь, на Земле, болеть?
Если плоть — это просто пустая клеть,
если каждый ответ — это только эхо,
а любая слеза — суррогат успеха.
Я смотрю на тень. Она стала длинной.
Мир застыл в тишине, как кусок витринный.
По кому убиваться тогда, скажи?
Если нежность — симптом безнадёжной лжи,
если каждый маршрут — это бег по кругу,
где никто не протянет ладони другу.
В дверях — сквозняк. За спиной — усталость.
Я не знаю, сколько еще осталось.
Всё равно, что случится в конечном сне.
Чёрный пепел лежит на сыром окне.
Я не жду перемен и не жажду власти.
Тишина — это тоже обрывок счастья.
Я любил немногих. Но гаснут свечи.
Время — лучший хирург, но оно калечит.
Так за что же мне здесь, на Земле, болеть?
Если проще — молчать, чем красиво петь,
если город — как карта пустых колодцев,
где за каплю воды каждый третий бьётся.
Я стою у черты. За чертой — ни слова.
Ничего не забыто, и всё не ново.
По кому убиваться тогда, скажи?
Если вместо души — лишь сухие швы,
если тот, кто ушел, не оставил и тени,
а в углу только тяжесть твоих заблуждений.
Я смотрю на ладонь. Там случайный почерк.
Жизнь не любит дефисов и многоточий.
Никого не вини и ничто не жди.
За окном начинаются вновь дожди.
Я не верю в приметы и в знаки свыше.
Я шепчу, но меня никому не слышно.
Я любил немногих. И тех — напрасно.
Впрочем, небо сегодня на редкость ясно.
Что у сердца нет ни одной ноги,
что любая стена — это просто повод,
чтобы чувствовать кожей колючий провод.
Я смотрю в окно. Там пустая площадь.
Человеку выжить гораздо проще.
Так за что же мне здесь, на Земле, болеть?
Если плоть — это просто пустая клеть,
если каждый ответ — это только эхо,
а любая слеза — суррогат успеха.
Я смотрю на тень. Она стала длинной.
Мир застыл в тишине, как кусок витринный.
По кому убиваться тогда, скажи?
Если нежность — симптом безнадёжной лжи,
если каждый маршрут — это бег по кругу,
где никто не протянет ладони другу.
В дверях — сквозняк. За спиной — усталость.
Я не знаю, сколько еще осталось.
Всё равно, что случится в конечном сне.
Чёрный пепел лежит на сыром окне.
Я не жду перемен и не жажду власти.
Тишина — это тоже обрывок счастья.
Я любил немногих. Но гаснут свечи.
Время — лучший хирург, но оно калечит.
Так за что же мне здесь, на Земле, болеть?
Если проще — молчать, чем красиво петь,
если город — как карта пустых колодцев,
где за каплю воды каждый третий бьётся.
Я стою у черты. За чертой — ни слова.
Ничего не забыто, и всё не ново.
По кому убиваться тогда, скажи?
Если вместо души — лишь сухие швы,
если тот, кто ушел, не оставил и тени,
а в углу только тяжесть твоих заблуждений.
Я смотрю на ладонь. Там случайный почерк.
Жизнь не любит дефисов и многоточий.
Никого не вини и ничто не жди.
За окном начинаются вновь дожди.
Я не верю в приметы и в знаки свыше.
Я шепчу, но меня никому не слышно.
Я любил немногих. И тех — напрасно.
Впрочем, небо сегодня на редкость ясно.
Рецензии и комментарии