завещание

Я учусь меж строк дышать,
между швов у времени и сна,
чтобы в каждом вдохе воскрешать
всё, что выпила из нас весна.
Чтобы память, как речной песок,
сквозь ладони больше не текла,
и на каждый горький лепесток
находилось капелька тепла.
Я учусь в молчании камней
различать забытые слова,
чтобы в пепле промелькнувших дней
снова пробивалась синева.
Там, где память — выцветший атлас,
где туман съедает берега,
я ищу тепло любимых глаз
в каплях застывающего льда.
Я учусь не верить тишине,
что заносит снегом города,
и искать в полночной глубине
то, что не исчезнет навсегда.
Но в зазорах, в этой тесноте,
где секунды замедляют бег,
в первозданной, чистой наготе
прорастает новый человек.
Он не верит в призрачный финал,
в холод, что сковал былой уют.
Он из тех глубин себя поднял,
где другие только дно найдут.
В нём не шрамы — линии дорог,
в нём не пепел — бережный рассвет,
он из каждой раны выжать смог
кровь, в которой боли нет.
Он не просит милости у тьмы,
не клянёт изменчивый узор.
Из обломков прожитой зимы
он возводит внутренний собор.
И сквозь трещины в земной коре,
где зима хранит свой вечный пост,
он находит в каждом октябре
к лету нерушимый мост.
И когда замкнётся этот круг,
разрывая сумрак полотна,
он увидит за чертою вьюг,
как в нём зарождается весна.