Мариша

У Маришки-то новая стрижка!
Вместо гривы взлохмаченных волн
Щегольской брадобрей-шалунишка
Усадил её в простенький чёлн
Ультрамодной стремительной формы,
Чтоб нестись от затрат и сует
На смурные бровями просторы!..
Сколько ж даром растрачено «нет»
Этой сливкой в фольге шоколадки.
А могла б по степям да лугам
Вешней птахой разглаживать складки
Разлюбезным когда-то друзьям,
Коих хмурые тучи ста полчищ
Сот угроз для её красоты
В край забвенный безвыгодных поприщ
Унесли, как подтаявший дым…
Столько ж нужно Марине во счастье!
Закатай-ка, сказали б, губу,
И она сие сделала страстью!
Каждый локон завивши в Судьбу.
Ох и хлёстко вопила клиентка
За свой набело мертвенный вид,
Неожиданный, чей-нибудь, едкий!
Убегала в слезах от копыт,
Право, чёрта с рогами из ножниц.
Уносилась в деревню, к сестре!
У которой такой же истошный
Крик волос на седой голове.
Одинока в избушке сестрица,
Никого не осталось вокруг.
Пыль домов с чёрной грустью в глазницах
Без хозяев витает в миру.
— Что стряслось тут? – спросила Мариша
И услышала: «Лучше – смолчу.
Пусть клубочек незнания в нише
Тебя мягко качает без чувств».
— Ну а всё-таки, Дарья, путь – гласным,
Расскажи, — голос гостьи упрям.
— Ну садись. Не гуляла проказа
По приветливым в прошлом дворам.
Дух не дух, но пришло сюда что-то
Из людей радость жизни тянуть.
— Ты смотри-ка! Ему я работу
Приготовила: радостей – жуть!
Дарья вряд ли спешит успокоить:
— Не волнуйся, Маринка, ложись.
Ты печальна до волчьего воя.
Не вкусна уж, безрадостна жисть…
Ночь темна и страшна делом скуки.
Час второй бьёт баклуши в часах,
А Маришкины бархатны руки
Ощущают вовсю чудеса.
Отросли за мгновение волны!
Словно кончился тошный кошмар.
Судьбоносные ей миллионы
Впредь не сказочный пришлый раздал.
Вон стоит он в углу и доволен,
Видно, кой-что Марина должна,
Дабы оба объялись покоем.
Только дева до страху грозна.
Рвать пытается пряди густые:
— Что? Не нравятся иглы ежа?
Не нужны мне твои накладные!
Я что, Барби тебе, — наряжать?!..
Затряслось это лихо не лихо
И покинуло в скорости дом.
Он всегда был желанным и тихим.
И Маришка останется в нём.