Лондон - чопорность в тумане

Где Темза серая течёт в туманной дымке,
Стоит надменный Лондон — город — лорд.
Здесь каждый жест расписан в строгих рамках,
А этикет — незыблемый аккорд.

В цилиндрах, фраках — чопорность людская,
Надменность взглядов — ледяной гранит.
А в кулуарах вычурных приёмов,
Снобизм с высокомерием царит.

Дождь монотонно льет по камню,
Смывая теплоту с усталых лиц.
Здесь каждый словно чужеродный,
В плену своих невидимых границ.

Здесь людям неизвестны искренние чувства,
Живое сердце — признак слабины.
Им доведенный до основ искусства,
Расчёт дороже сказок и весны.

Любовь и та — записана в реестры,
По расписанию и взгляд, и вздох.
Под сенью пафоса и лиц манерных,
Огонь страстей в душе давно заглох.

Над этим всем царит громада башни —
Биг-Бен чеканит пульс сухих сердец.
Его металл, холодный и бездушный,
Для вольных мыслей — кованый свинец.

Он бьёт в тумане, строго и сурово,
Следя, чтоб пульс не выбился из нот.
Здесь даже смерть — не более чем слово,
Когда в регламент колокол забьёт.

А если кто-то вдруг решит скончаться,
То лишь в часы, когда приносят чай.
Чтоб лордам в скорби зря не упражняться —
Смерть по протоколу, невзначай.

Вестминстер в тумане грозно тонет,
Здесь даже черви соблюдают такт:
Едят лишь тех, кто живет в законе,
И под дождём подписывают акт.