дом безвременья

Где ложится туман на застывшую воду,
и холодные звёзды зарылись в песок,
стоит дом, сохранивший былую свободу,
и от мира живых он навек одинок.

Там в тёмных углах, где гнездится покой,
шуршат лоскутки от несбывшихся встреч.
Их можно коснуться прозрачной рукой,
но искру надежды в них нечем разжечь.

Там вдоль стен тянут руки пустые холсты,
и в углах колыхается пыльная нить.
Там сгорают зажжённые прежде мосты,
чтобы берег былой не сумел заманить.

Там часы не стучат, они просто молчат,
погружая мгновения в вязкий сироп.
Там столетья, как стая седых воронят,
залетают под крышу в свой вечный окоп.

Ты идёшь по коврам из опавшей листвы,
что когда-то была твоим садом в цвету.
Там не нужно носить на плечах головы,
чтобы чувствовать кожей свою пустоту.

Ступени скрипят, как суставы времён,
в камине не пламя, а призрачный дым.
Ты входишь сюда, тишиной опьянён,
и кажешься сам себе кем-то чужим.

На полках тома из засушенных снов,
где буквы мерцают, как старый янтарь.
Там слышен беззвучный, томительный зов,
что шепчет забытый давно календарь.

Хозяйка теней за зеркальным стеклом
поправит вуаль из седой пустоты.
Она улыбнётся: «мы в доме твоём,
который в себе не заметил и ты».

В тех комнатах эхо забытых имён
танцует в лучах запылённых зеркал.
Ты в этом пространстве навек заточён,
ты именно это всю жизнь и искал.

Ты спросишь у стен «это явь или бред?»
но стены ответят лишь вздохом стропил.
В окне догорает единственный свет —
тот самый, что ты в себе долго хранил.

И свечи погаснут. И дверь пропадёт.
Лишь ветер в овраге продолжит свой бег.
Тот, кто в этот дом добровольно войдёт,
останется в нём…
не на год,
а навек.