Зов Вовне

Хор церковный гласом воет – не спасти, не отмолить,
Разверзлось тут Око Зова, чтоб полы испепелить.
Свет вмиг стал для нас лиловым, и не спрятаться в тени,
Облака – Атласа мышцы, и сгорели наши дни.

На алтарь нас примут скоро, где ни свечки, ни креста,
Стали красными, как мясо, в черном небе ворота.
Вышла девушка в белёсом, взгляд – ни тени, ни тепла,
То не свадьба, то принуда, где сама земля плыла.

Ветер, облака и град, и померкло всё вмиг окрест,
Хор всё пел и пел сонаты, пироманты жгли свой крест.
На столбах висели волки, их погасшие глаза,
Прихожане ждали мессы – в небе лопнула гроза.

Сверху вытянулась ветка, знак божественной монады,
Обнимают их марионетки, лишь невесте нет пощады.
А она тянулась воплем, с интересом обнимая,
К той, что в белом. Шаль, что саван, к яме внимает.

Хор лишь пел свои хоралы: «Что за чудное мгновенье,
Как единым стал наш мир, приняв муки и забвенье».
Часы тикали на башнях – почти полночь, чёрный морок,
Лбы тотчас же растекались пред Богами в чудный взгорок.

А Итог – лишь пепелище сожжённых заживо волков.
И Хор бессвязно лишь внимал, не чуя собственных оков,
И поджигал мосты, асаны восклицая, уничтожая купола.
Подкрался красный серп Луны – рать неземная прибыла