Камин
Возрастные ограничения 18+
Каждый раз я вхожу в этот дом — Каждый раз здесь ни звука, ни скрипа.
Шкаф раскрыт, в нём доходит пальто,
Помертвелыми связками книги.
Чёрным стеблем на старых часах
Всё осталось у двух без пяти.
Есть свобода в часах и в ногах,
Но уже никуда не уйти.
Жизнь скребёт по сусекам-углам.
Крохи есть, но черствы и безлики.
Крохи ждут, ведь ещё где-то там
В кудерьках молодой повилики
Расставания, время и встречи
Обвиты непомерными мерками.
На приступке комода сухой фикус и свечи
И твоё отражение в зеркале.
Ты гадала и всё весеннее — Карта выпала — можно сжигать.
Отражение, ты и сомнение — Стоит ли это всё нарушать.
Только шаг — ничего не останется,
Станет комната снова пуста.
Ни волнения странного-странного,
Ни раскаяния, ни креста.
Ни апреля, что жадно сверкает
Мертвизной и стекла и воды.
Ни луны, что в саду прорастает
Сумасбродным зерном тишины.
Шкаф раскрыт, в нём доходит пальто,
Помертвелыми связками книги.
Чёрным стеблем на старых часах
Всё осталось у двух без пяти.
Есть свобода в часах и в ногах,
Но уже никуда не уйти.
Жизнь скребёт по сусекам-углам.
Крохи есть, но черствы и безлики.
Крохи ждут, ведь ещё где-то там
В кудерьках молодой повилики
Расставания, время и встречи
Обвиты непомерными мерками.
На приступке комода сухой фикус и свечи
И твоё отражение в зеркале.
Ты гадала и всё весеннее — Карта выпала — можно сжигать.
Отражение, ты и сомнение — Стоит ли это всё нарушать.
Только шаг — ничего не останется,
Станет комната снова пуста.
Ни волнения странного-странного,
Ни раскаяния, ни креста.
Ни апреля, что жадно сверкает
Мертвизной и стекла и воды.
Ни луны, что в саду прорастает
Сумасбродным зерном тишины.
Рецензии и комментарии