Мозаика расколотого неба

Мир пылал в багровом стоне,
Кровь за кровь — в огне утрата,
Яд плывёт в небесном лоне,
Мир омыт вином распятым.

Не по воле погибших в дыму,
И телеги, и скрип, и конец.
Смерть родных — это хуже Чумы,
Плачет девочка: где же отец?

Броня, окоп, и огонь,
Груз, как тяжёлый свинец.
Крупинки соли в ладонь,
Жёсткая ноша — венец.

Кровью пропитанный снег,
Взрыв — как молитва в тиши.
Соль на губах — это бег,
Крошки — осколки души.

И предчувствие краха в крови,
За Чистилище битва отцов.
Тот кровавый долг древних зови,
Очищение лживых крестов.

Над затылком сгустки зари,
В победе — покой, всё сны.
И порваны узы внутри,
Разрушены цепи войны.

И стих Гумилёва, и дни,
В сердцах она, словно след.
Как Блок, мы услышим шаги,
В веках нам Россия — свет.