Не растворюсь в услужливом дыму.

Не стану я готовить вкусный ужин,
Чтоб он хотел к порогу моему.
Не наведу порядок, он не нужен,
Не растворюсь в услужливом дыму.

Я не замру немой, послушной тенью,
Глотая молча горечь и печаль.
Всё это — плен, прикрытый глупой тенью,
Фальшивых уз истлевшая печать.

Но если любит он и я люблю — тогда иное:
Мне счастье дать — как воздух, как дышать.
В моей любви нет торга, нет застоя,
В ней просто есть желание отдать.

И он придет — в любимый дом и прежде,
Любовь его ведет в его груди.
Не за борщом и не чистотой в надежде,
А потому что я — в его пути.

А если дом — лишь место для комфорта,
Где ценят только стол и чистоту,
Пусть ищет ту, что примет это кротко,
А я себе другую жизнь найду.