Не растворюсь в услужливом дыму.

Не стану я готовить вкусный ужин, Чтоб он хотел к порогу моему. Не наведу порядок, он не нужен, Не растворюсь в услужливом дыму. Я не замру немой, послушной тенью, Глотая молча горечь и печаль. Всё это — плен, прикрытый глупой тенью, Фальшивых уз истлевшая печать. Но если любит он и я люблю — тогда иное: Мне счастье дать — как воздух, как дышать. В моей любви нет торга, нет застоя, В ней просто есть желание отдать. И он придет — в любимый дом и прежде, Любовь его ведет в его груди. Не за борщом и не чистотой в надежде, А потому что я — в его пути. А если дом — лишь место для комфорта, Где ценят только стол и чистоту, Пусть ищет ту, что примет это кротко, А я себе другую жизнь найду.