Вчерашний день

Вчерашний день застрял в гортани, как рыбья кость.
Я стёр себя в порошок и принял — в рост.
Запил его водой из-под крана — стало несладко,
как будто Атлантида тонет, людская матка.

А Солнце — старый утюг, гладило небо в складку.
От него оторвали провод, поверив в «лампадку».
Мы вышли из дома без денег, но с картой мира в кармане.
Она оказалась пустой, как тень Че Гевары в тумане.

Девушка с пирсингом раздавала счастье в аренду.
Мы отдали ей свои тени, созвав референдум.
Бензин на заправке заливался с птицами до рассвета.
Они улетали на юг, но не возвращались с ответом.

Мы сели в такси без шофёра — маршрут в никуда.
Мотор закурил тишину, мелькали внизу города.
Под нами — бумажный мост, над нами — гуси из Рима.
Забыл я от дома ключи, а бог — алиас псевдонима.

А дома гудел телефон без кнопок набора.
Соседка жевала квитанции, ждала управдома.
На площади строили храм из допотопных антенн и креветок.
Священник чинил динамик и мысли старых нимфеток.

Мимо пробежали собаки, у каждой был паспорт с печатью,
с пропиской «Старая Свалка», по запаху — за угол к счастью.
Старушки — язычники лавок — смотрели на тусклый рассвет.
Он был как просроченный хлеб — в городе, которого нет.

Вчерашний день — мне ком в горле, не кашляю, молчу.
И, отрывая календарь, отрываюсь, в ладонь хохочу.
И знаю: стирая следы и завязывая узлы из воды,
мы заперты навсегда собою в палате нашей мечты.