Про Ивана

Над полями, над лесами,
Океанами, морями
Едет месяц на коне,
Быстрокрылом скакуне.
Едет по небу меж тучей,
Собирая звёзды в кучи,
Отправляясь на покой
Перед вешнею зарей.
А рассвет уж над землёю,
По травинкам шёл росою,
По воде туманом шёл,
Холодком полями брёл.
Только зорька занялась —
Наша сказка началась…

То ли вправду, то ли врут —
Жил дурак, Ивашка шут.
При царёвом при дворе
Он советник кое где,
Кое где извозчик он,
Где охотник; в основном
Всех придворных веселил,
Песни пел, плясал, шутил…
Хоть порой бывало туго,
Но зато был лучшим другом
Он для батюшки царя.
И бывало: рань, заря —
Царь его наукам учит:

— Вань, читай! Не то получишь
Двадцать плёток по спине,
Хоть и лучший друг ты мне…

Так вот время шло деньками,
Месяцами да годами.
Время шло — Иван подрос
И задал царю вопрос:

— Государь ты наш, надёжа,
Пусть не вышел я и рожей,
Пусть по жизни я дурак,
Не серчай, коль что не так…
Восемнадцатый пришёл,
А жены я не нашёл.
Требует свого природа!
Дай мне отпуск на два года.

Царь чуть с трона не упал:

— Я ж тебя с рожденья знал!
Да на кой тебе жена?
Ты ж — орёл… Она — змея.
С них ведь проку никакого —
Ни закуски, ни спиртного…

То услышала царица,
Рассердилась, точно львица,
Кулаком царю грозит
И, на трон садясь, гласит:

— Чему учишь его, гад?
Вань, женись… хоть наугад.
Попадётся вот как я —
Будешь счастливым всегда!
Я права, царь?!

— Да, краса.

— Отпускай ка молодца!

День прошёл. По долгу службы
Ванька подметал конюшни,
Ужин к вечеру сварил,
Дров немного нарубил
И пошёл к царю в палаты
Чистить меч ему и латы.
Час прошёл, другой к концу —
Вдруг он видит: ко дворцу
Едет белая карета.
Быть не может… Шутка это…
Из кареты той вылазит,
В перьях вся, в губной помаде,
Разным знаниям мудрёна,
Царска дочь! Зовут Матрёна.

Надо честно вам сказать,
Ни полслова не соврать:
Эту даму царь с царицей
Отослали за границу,
Только ей шесть лет пробило —
Мол, учись, дочурка, с миром.
С этих пор Иван дурак
Не видался с ней никак
И совсем уж позабыл
Имя, голос и черты.

— Здравствуй, Ваня! Не узнал?
Я Матрёна… Вот нахал,
Дормоед и тунеядец!
Что разинул рот, поганец?

Как увидел Ванька шут,
Каки фрукты здесь растут,
Так бегом к царю… в колени
И бормочет еле еле:

— Государь ты наш, надёжа,
Пусть не вышел я и рожей,
Пусть по жизни я дурак,
Не серчай, коль что не так…
Отпуск, батюшка, не нужен.
Я согласен мыть конюшни
Цельный день, ни есть, ни пить,
И дрова колоть, рубить,
Делать всё без сна и дрёма…
Выдай за меня Матрёну!

Царь чуть с трона не упал:

— Я ж тебя… с рожденья знал!
Не известного ты рода,
Из простого из народа.
Как же я, царь, дочь свою
На тебе, дурак, женю?
Цыц, не сметь! Царь говорит!

И Ванюшке он велит
Ехать за море; иль тут
Кандалы в темнице ждут!
Хуже этой пытки нету —
Плыть за море без обеда.
Царь на выдумки мастак,
А Иван попал в просак…

Долго, коротко-ль — и вот
Собрался Иван в поход.
Поклонился миру, дому —
Вдруг глядит: бежит Матрёна.

— Ваня, стой! Не уезжай!
На меня ты не серчай.
Что бранилась — я любя,
И на свете окромя…
Ну, короче, ты мне нужен.
Я согласна — будь мне мужем.
Я теперя вся твоя,
И с тобою за моря
Я согласна ехать тож.

— Ну, Матрёна, ты даёшь!
Коли царь про то узнает,
Он ведь нас не обвенчает,
А сошлёт меня в… Уфу —
Нефть хлебать и грызть руду.
А вообще то жизнь моя
Мне теперь до фонаря…

— Цыц, не сметь! Айда со мной!
У меня есть небольшой
План — как нам с тобой расстаться,
Чтобы после обвенчаться!

Час прошёл, другой к концу.
И с парадного крыльцу
Ванька — в путь, в далёки страны,
За моря и океаны.

Сколько в мире чуда есть,
Что на пальцах аж не счесть!
Да, представишь не всегда:
Мёртва и жива вода,
Сам летающий ковёр,
Шитый золотом узор,
Семимильны сапоги,
Человек о три руки…
Это всё Иван узрил,
Подивился и забыл.
Нету Ване мыслей кроме,
Кроме думок о Матрёне.
Молвил так:

— Быть или не быть?

И решил домой поплыть,
Там в колени царю пасть,
Ну, а там — как бог подаст.

В это время в королевстве
Траур: у первой невесты
Весь живот раздуло так,
Будто на пивных дрожжах.
Все приезжи женихи
Разбежались кто куды.

— Даже лешему и даром
Не нужен такой подарок!

Царь лютует — спасу нет:

— Ну, Ивашка! Ну, стервец!
Коль поймаю — изведу,
Да в бараний рог согну,
Разогну и завяжу
В узел, на кол посажу!

И вдобавок к пытке каждой —
Не печатный, трёхэтажный…
Хочешь — злись, а хочешь — плачь.
А Матрёне уж рожать.
Срок подходит, только вот
Замуж девку не берёт
Ни заморский датский принц,
И не здешний тракторист.
Что за горе, да ненастье?
Вдруг заходит Ванька:

— Здрасьте!
Государь ты наш, надёжа,
Пусть не вышел я и рожей,
Пусть по жизни я дурак,
Не серчай, коль что не так…

Царь чуть с трона не упал:

— Ах ты, Ирод! Вот нахал!
«Не серчай, коль что не так…»
По твому так всё пустяк?
Девка-т, девка-т — на сносях,
И родит вот вот на днях.
А с таким подарком всё ж
Замуж мало кто хорош!

— Государь, так я беру!
Я ещё вчера…с утру,
Порешил: вернусь с чужбины,
Ворочуся в край родимый,
И возьму себе в жену
Я Матрёну! И царю
Буду, как было, служить
И наследника растить.
Чай не лаптем щи хлебаю,
Чай не лыком шит — всё знаю!
Аль забыл ты? Ведь меня
Сам учил всему — не зря!

Побранились, перестали.
Свадьбу славную сыграли.
Три недели без забот
Колобродил весь народ.
Ну, а после торжества
Враз Матрена родила
Сына Ваньке, царю внука!
Вот-то жизнь какая штука!

Я то сам всё не видал,
То мой дед мне рассказал,
А ему евойный дед
И пройди весь белый свет
Слов начала не найдёшь,
Но в народе слух расхож —
Будто где-то бродит тот,
Кто под сотню лет живет
Кто свидетель был событий,
Коль найдете так спросите:
Правда ль сказка, али ложь?
Плох рассказчик, аль хорош?