Мне было горько.

Как ты легла спать,
Я начал пить.
Тебя обнимает кровать,
Меня обнимает память.

Я колкие фразы жую
О том, как всё ненавижу.
Я водкой их запью
И снова налью и выпью.

Ты видишь сны и дремлешь
На белых простынях.
Я на чёрном стуле
Разливаю белую водку в стакан.

На чёрном столе — пара капель,
Прозрачных, как небо летом.
Я лью в горло обожжённое,
Хочу закусить пистолетом.

Стакан полнится и проливается.
Помнится, мы клеились в любви.
Сбудется — мы это знали,
Лгали себе, как могли.

Молодые и глупые, как дети,
Мы остались до сих пор.
Ты носишь в сердце те дни,
Что я посадил за забор.

Закрыл глубоко в себе,
Зарыл подальше в земле,
Залил океаном алкоголя
То, что осталось во мне.

Но лёгким воспоминанием,
Как дуновение ветерка,
Прошлись по коже мои стенания
О том, как жить не могу без тебя.

Гулом по ушам, лёгким,
Как щелчок по бокалу, пронёсся твой плач.
Я уже не помню, о чём ты рыдала,
Но чувствую слёзную рябь.

Скрежетом по стеклу скользнули крики,
Как осенним дождём окатив.
Я во всём виноват, правда,
Трусить уже не в чести.

Так зачем же тогда, встав
Из-за чёрного стола,
Покончив с бутылкой, я
Пошёл обнимать тебя?

Ты лежишь, сжимая мою руку,
Просто ангел в израненной плоти.
Я хочу укрыть тебя,
Ведь не подарю иначе тепло теперь.