Вендиго

Лесов серебряный призыв,
Мороз по мышцам бьёт плетью.
Я шёл, надежду затаив,
Под пёстрых пихт густою сетью.
Но свист пронзительный возник —
Он звал из хвойного затона.
И снег слепил, и в тот же миг
Я потерял нить оризона.

Ветвей когтистая орда,
Как стая во‌ронов голодных,
Глазницы выклевать всегда
Готова в этих ямах водных.
А свист за вытьем нарастал,
Сгущались тени у подножья.
Тот, кто меня в лесу застал, —
Не знал ни истины, ни Божья.

Он — тот, кто век назад в глуши,
Отравлен стужей и безумьем,
Лишился веры и души,
Вкусив плоть чад в ночном раздумье.
Он лик людской навек обрёк
На вечный голод, вьюгу, злобу.
И мой чернеет нос, и рок
Меня толкает в снег, в сугробы.

Баюкал страж — моя метель,
В кручину сна, в покой манила.
«Приляг, мой друг, в свою постель, —
Она шептала и хранила, —
Укройся хвоей, как плащом,
И свист затихнет в сонной неге...»
Я улыбнулся — и ни о чём
Не сожалел, уснув на снеге.