Моя муза - рецидивист загробья
Возрастные ограничения 16+
В безмолвии ночи, где стены ветшают,
Она появилась из сумрачной тьмы.
Глаза её тайну времён отражают,
А голос — мелодию вечной зимы.
«Я стану твоей вдохновенной судьбой,
Я в смерти бываю не раз, не впервой»,
Шептала, маня за незримой чертой,
Прозрачной рукой указав путь иной.
Из ночи у древних обломков рассвета
Рождался мой стих, как пророчество снов.
В её откровеньях скрывалась планета,
Где ждал меня хор позабытых миров.
Мы в комнатах старых бродили, как тени,
Она раскрывала пределы души.
Мой дар возрождался в блаженном смятенье,
Стучали в висках золотые стихи.
Но муза являлась, терзала всё чаще,
Её вдохновенье точило, как нож.
Из бледного сна возникала манящей,
Стирая границы где правда, где ложь.
Прекрасна, ужасна, как свет преисподней,
Сжигая покой, отнимала мне сон.
Я стал её пленником, страстным и вольным,
В тревоге дрожал, словно в бурю фантом.
Исчезла внезапно, оставив лишь раны,
И боль перелитую в каждый мой стих.
Теперь понимаю — искусство обманно:
Оно из страданий рождает мой миф.
Я знаю, что снова придёт из загробья,
Как эхо ночного протяжного сна.
Мы связаны вечной нетленной утробой,
Но грани свободы храню я сполна.
Она появилась из сумрачной тьмы.
Глаза её тайну времён отражают,
А голос — мелодию вечной зимы.
«Я стану твоей вдохновенной судьбой,
Я в смерти бываю не раз, не впервой»,
Шептала, маня за незримой чертой,
Прозрачной рукой указав путь иной.
Из ночи у древних обломков рассвета
Рождался мой стих, как пророчество снов.
В её откровеньях скрывалась планета,
Где ждал меня хор позабытых миров.
Мы в комнатах старых бродили, как тени,
Она раскрывала пределы души.
Мой дар возрождался в блаженном смятенье,
Стучали в висках золотые стихи.
Но муза являлась, терзала всё чаще,
Её вдохновенье точило, как нож.
Из бледного сна возникала манящей,
Стирая границы где правда, где ложь.
Прекрасна, ужасна, как свет преисподней,
Сжигая покой, отнимала мне сон.
Я стал её пленником, страстным и вольным,
В тревоге дрожал, словно в бурю фантом.
Исчезла внезапно, оставив лишь раны,
И боль перелитую в каждый мой стих.
Теперь понимаю — искусство обманно:
Оно из страданий рождает мой миф.
Я знаю, что снова придёт из загробья,
Как эхо ночного протяжного сна.
Мы связаны вечной нетленной утробой,
Но грани свободы храню я сполна.

Рецензии и комментарии